Густера

Blicca bjцrkna. Почти во всей России — густера или густыра; в Малороссии — плоскиря (то же в Воронежск. губ.), плоскирка, плоскушка, или ласкиря, ласкирка, мелкая — лупирка, местами — кругляк. В Пскове — беребера, биребра, беребра; в Дерпте — перебра; по Нарове также — морда, быстеря; иногда неправильно — плотва, подлещик; на Зап. Двине — лётка; в Витебской губ. — густерина, подлещик; на Суне (Онежское оз.) — лопарь; в Вытегре — латик, в р. Водле — парик, в р. Ковже — реста и местами (в Олонецк. г.) — тарабашка (Петров); во Владимирской губ. — карзоха (Даль) и казоха; на Оке (Коломна) — кресня; на Клязьме — лопырь; на Суре — калиновка; местами — бережник, таловирка (на Дону); на Исети — чиклея ; на Нижней Волге от Самары неправильно — тарань, иногда — плотва; в Цареве — горбыль; в Гродненской губ. — бержела, в Польше (Варшава) — крумпья; также — гущера, лещик, бжела, подлещик; тоже (по Бенеке) — пицуш; в верх. Вислы — клапка, клепка, кромп. Лит. — плакис; финск. (Сердоболь) — лоппери (отсюда — лопарь, см. в.), варолайнен; у эстов — нуро-кала, латтикас-хора-пойг; у ижоров — латтика; латышск. — плиухшки; тат. — тром; калм. — хадрик (Гмелин), даара, дарахан; черем., каз. — талдаш.

Густера отличается от вышеописанных видов лещей исключительно числом и расположением глоточных зубов, которых находится с каждой стороны не по пяти, а по семи и притом в два ряда. Формою тела она весьма похожа на молодого леща или, вернее, подлещика, но имеет меньшее число лучей в спинном (3 простых и 8 ветвистых) и заднепроходном (3 простых и 20—24 ветвистых) плавниках; кроме того, чешуя у нее заметно крупнее, а парные плавники имеют красноватый цвет. Тело густеры сильно сплющено, и вышина его составляет не менее трети всей длины его; нос у нее тупой, глаза большие, серебристые; спина голубовато-серая, бока туловища голубовато-серебристые; непарные плавники серые, а парные при основании красные или красноватые, к вершине темно-серые. Впрочем, эта рыба, смотря по возрасту, времени года и местным условиям, представляет значительные видоизменения.

Густера никогда не достигает значительной величины. Большею частью она бывает не более одного фунта и менее фута в длину; реже попадаются полутора- и двухфунтовые, и только в немногих местностях, например в Финском заливе. Ладожском озере, она доходит весом до трех фунтов. Эта рыба имеет гораздо более обширное распространение, чем сырть, синец и глазач. Густера встречается почти во всех странах Европы: Франции, Англии, Швеции, Норвегии, во всей Германии, Швейцарии, и ее нет, кажется, только в Южной Европе. Во всех же вышеозначенных местностях она принадлежит к весьма обыкновенным рыбам. В России густера водится во всех реках, иногда даже речках, также в озерах, особенно в северо-западных губерниях, и проточных прудах; в Финляндии она доходит до 62° с. ш.; встречается и в северных частях Онежского озера, а в северной России идет еще далее — до Архангельска. В Печоре ее, кажется, уже нет, а в Сибири она была найдена только недавно (Варпаховский) в р. Исети, притоке Тобола. В Туркестанском крае густеры нет, а в Закавказье она до сего времени найдена была в устьях Куры и в оз. Палеостоме, у берегов Черного моря. Густера — рыба вялая, ленивая и, подобно лещу, любит воду тихую, глубокую, довольно теплую, с иловатым или глинистым дном, почему очень часто встречается с этим последним. Она долго живет на одном месте и всего охотнее держится у самых берегов (отсюда французское название ее — la Bordeliere и русское бережник), особенно в ветер, так как валы, размывая берега, а на мелких местах самое дно, обнаруживают различных червяков и личинок. В небольшом количестве она, по-видимому, держится в устьях рек и на самом взморье, как, напр., в устьях Волги и в Финском заливе между Петербургом и Кронштадтом. Весною и осенью густера встречается чрезвычайно густыми стаями, откуда, конечно, и произошло ее общеупотребительное название. Впрочем, она редко совершает очень дальние странствия и почти не доходит, например, до среднего течения Волги, где живет уже своя, местовая, густера. Вообще главная масса этих рыб скопляется в низовьях рек, в море, и, подобно весьма многим другим, она совершает правильные периодические движения: весною идут вверх для нереста, осенью — для зимовки. Входя осенью на зимовку, они ложатся на ямы под перекаты такими большими массами, что в низовьях Волги случается в одну тоню вытаскивать до 30 тысяч штук. Пища густеры почти одинаковая с другими видами лещей: она кормится исключительно тиною и заключенными в ней мелкими моллюсками, рачками и червяками, чаще всего мотылем, но также истребляет и яйца других рыб, особенно (по наблюдениям Блоха) икру красноперки.
Нерест густеры начинается очень поздно, б. ч. по окончании нереста леща — в конце мая или в начале июня, на юге несколько ранее. В это время чешуя у нее изменяется в цвете, и парные плавники получают более яркий красный цвет; у самцов, кроме того, на жаберных крышках и по краям чешуй развиваются маленькие зерновидные бугорочки, которые потом опять исчезают. Обыкновенно мелкая густера мечет икру раньше, крупная позже. В Финском заливе иные рыбаки отличают две породы густеры: одна порода, по их словам, бывает мельче, светлее, нерестится раньше и называется троицкою (по времени нереста), а другая порода — значительно крупнее (до 3 фунтов), темнее цветом, нерестится позднее и называется ивановскою. По наблюдениям же Блоха, в Германии сначала мечет самая крупная густера, через неделю или девять дней — мелкая. Местом нереста густера выбирает травянистые и мелкие заливы и выметывает икру чрезвычайно шумно, подобно лещу, но несравненно смирнее его: в это время иногда даже случается ловить ее руками; в морды же, крылены и бредни ее ловят тогда пудами. Нерестится она обыкновенно с заката до десяти часов утра, и каждый возраст кончает игру в 3—4 ночи, но если помешает холодная погода, то в один день. В самке средней величины Блох насчитал более 100 тыс. икринок. По Зибольдту, густера становится способной к размножению очень рано, еще не достигнув 5 дюймов длины, так что надо полагать, что она нерестится по второму году. Главная ловля густеры производится весною — неводами, но в низовьях рек, особенно на Волге, еще больший лов этой рыбы бывает осенью. Густера вообще принадлежит к малоценным рыбам и редко приготовляется впрок, разве когда ловится в очень большом количестве. Соленая и вяленая густера на нижней Волге идет в продажу под названием тарани; в остальном Поволжье она б. ч. продается в свежем виде и имеет только местный сбыт.
Впрочем, она весьма пригодна для ухи и в довольно большей чести в приволжских губерниях, где про нее сложилась поговорка: "Крупная густера вкуснее мелкого леща". Где много густеры, там она очень хорошо идет на удочку, особенно после нереста. Местами удят густеру обыкновенно на червяка, со дна, как и леща, и клев ее сходен с клевом последнего; густера даже еще чаще леща тащит поплавок в сторону, не погружая его, и часто сама себя подсекает. Это едва ли не самая смелая и надоедливая рыба, которая составляет чистое наказание для рыболовов, удящих с прикормкою. Замечено, что она лучше всего берет по ночам. По словам Поспелова, густеру на р. Тезе (во Владим. губ.) ловят будто бы на кусочки соленой селедки . В Германии осенью она также хорошо идет на хлеб с медом, а на Волге ее очень часто ловят и зимою из прорубей (на червя). Зимний клев густеры имеет обычный характер — она сначала дергает, затем слегка топит. Для ловли сомов, щук и крупных окуней густера — одна из лучших насадок, так как она много живучее других видов лещей.
Во многих местностях России, напр. в Днепре, Днестре, на средней и нижней Волге, изредка — обыкновенно в одиночку и в стаях других рыб, б. ч. густеры и плотвы (воблы) — попадается одна рыба, занимающая как бы середину между лещами, густерой и плотвой (Abramidopsis), на р. Мологе эта рыба называется ряпусой, в Нижнем Новгороде, Казани и на Днепре — вся-рыба, всякая рыба, на том основании, что она походит на разных карповых рыб: на синца, густеру, плотву, красноперку. По мнению рыбаков, а также и некоторых ученых, это ублюдок от леща и плотвы или густеры и плотвы. В Казани один рыбак даже утверждал проф. Кесслеру, что вся-рыба выклевывается из икринок плотвы, оплодотворенных самцами густеры. По форме тела и глоточным зубам эта помесь все-таки ближе подходит к роду Abramis. Вышина тела у ней составляет около 2/7 всей длины, рот занимает вершину рыла и нижняя челюсть несколько заворочена кверху; чешуя крупнее, чем у других лещей, и в заднепроходном плавнике насчитывается только 15—18 неветвистых лучей; нижняя лопасть хвостового плавника едва длиннее верхней, чем Abramidopsis уже приближается к плотве. Вернее предположить, что это большею частью помесь леща с плотвой.

Подобную же помесь составляет Bliccopsis abramo-rutilus Holandre, который, вероятно, произошел от густеры и плотвы и изредка был находим там и сям в одиночку, как в средней Европе, так и в России. По
Кесслеру, Bliccopsis встречается также в оз. Палеостоме (при устье Риона на Кавказе).

Автор: Л.П.Сабанеев