Историко-археологические исследования дают основания утверждать, что с незапамятных времен реки нынешнего Подмосковья изобиловали не только лещами, щуками и им подобными, но и рыбами семейств лососевых и осетровых. Напрасная ностальгия по давным-давно утраченному? Но не все в сравнении с нынешним удручает. Если нам с вами едва ли удастся поймать в Москве-реке белугу, то у наших прапрадедов были еще более призрачные шансы на поимку тех рыб, которые очутились в Подмосковье уже в нашем веке благодаря стараниям, а иногда и безалаберности человека.

Откуда он взялся?

В качестве примера можно привести акклиматизацию в средней полосе России толстолобика. Поначалу его завезли с Дальнего Востока как своеобразный биологический "гербицид". Создание на крупных реках России больших водохранилищ породило трудноразрешимую проблему - вода, застаиваясь, "цвела", а известные на тот момент методы борьбы с "цветением" были либо малоэффективны, либо небезопасны. Вот и решили запустить в водохранилища толстолобика, для которого микроводоросли служат основным продуктом питания.

Результат превзошел самые оптимистичные ожидания: толстолобик быстро выполнил возложенную на него задачу. И тут обратили внимание на него самого. Он оказался неприхотливой и быстрорастущей рыбой, и потому из вспомогательного средства превратился в цель - в хозяйствах его стали разводить наравне с карпом.

Сейчас толстолобика можно встретить в большинстве крупных озер и водохранилищ Подмосковья, особенно в тех из них, что используются в роли охладителей при электростанциях. Рыба эта теплолюбивая и ищет не где глубже, а где теплее.

Шатурские левиафаны

Самых внушительных размеров подмосковный толстолобик достигает, по имеющимся у меня данным, в Шатурских озерах. Есть весьма достоверные сведения о поимке экземпляров весом более 40 кг, и чуть менее достоверные - о 60-килограммовом (!) толстолобике, пойманном на озере Святом. При этом если верить ихтиологическим справочникам, его вес не должен превышать 16 кг!

Беда в том, что основная масса этой рыбы (а трофейные экземпляры в особенности) добывается откровенно браконьерскими способами. На Шатурских озерах некоторое время назад (а говорят, и по сей день) промышляли бригады "косарей" (т.е. багрильщиков), основной целью которых был наш дальневосточный "иммигрант". Рыбинспекция и ОМОН с переменным успехом с "косарями" боролись - доходило даже до уголовных дел, но соблазн зацепить рыбку размером с откормленного кабанчика продолжал толкать браконьеров на "подвиги".

О том, что толстолобик водится в Оке, я узнал от тех же "косарей", увидев их как-то на "тепляке" Каширской ГРЭС. Правда, при мне никто из них ни тогда, ни позже так ничего и не забагрил. Тем не менее, они чуть ли не каждый божий день приходят на теплую воду (как на работу!) и, особо не озираясь по сторонам, вершат свое неправедное дело.

Первая встреча

Впервые я увидел окского толстолобика весной 1994 года после спада того необычайно высокого половодья. Точнее - увидел не толстолобика, а то, что от него осталось.

Я шел по берегу. Внимание привлекла стайка ворон, которые при моем приближении с недовольными криками разлетелись. Подойдя ближе, я увидел, что привлекло сюда стервятников.

Передо мною лежала наполовину склеванная птицами туша рыбы, которую я в первый момент принял за гигантского жереха: в рыбе, когда та еще плавала, было явно не менее двадцати килограммов! Тут до меня дошло, что жерех такого размера для Московской области уж совсем фантастика, и я обратил внимание на низко посаженные глазницы - признак, отличающий толстолобика и амура от другой рыбы.

Переход на подножный корм

В Оке никто толстолобика не разводил и не разводит, однако в реку попадают рыбы, "сбежавшие" из прудовых хозяйств. В большой реке "домашний" толстолобик "дичает" и переходит на подножный корм. Хотя традиционной пищи (фитопланктона) ему здесь хронически не хватает, чувствует себя толстолобик на воле не так уж и плохо.

Отсутствие привычного корма побуждает рыбу искать ему замену. О толстолобике, обитающем в Средней Азии и на Кубани, известно, что он очень неплохо ловится на насекомых, в частности - на саранчу. В рыбоводческих прудах толстолобик не отказывается от предназначенного карпу комбикорма.

В странах Европы, куда его завезли из России, толстолобик помог очистить от водорослей каналы и водохранилища, после чего о нем забыли. И стал толстолобик употреблять внутрь все, что подвернется - вплоть до мелкой рыбы.

Плотоядные наклонности

Мне приходилось от своих знакомых слышать о плотоядных наклонностях толстолобика - двое или трое из них утверждали, что ловили его на блесну. Хотя в одном из этих случаев степень достоверности информации я бы оценил в 99 %, в моем сознании оставалось место сомнению: ведь толстолобик чисто анатомически (у него очень длинный и тонкий кишечник) "запрограммирован" на растительную пищу - больших "пацифистов" среди наших рыб, пожалуй, и не сыщешь.

Конец сомнениям

И вот в конце июня этого года тот один процент сомнения превратился в полный ноль. Я поймал на Оке толстолобика спиннингом (другой снастью просто не ловлю) на поролоновую рыбку. Дело было неподалеку от границы Калужской и Московской областей, где в течение недели очень неплохо ловился судак.

После заброса почти на фарватер - метров за шестьдесят - на втором или третьем шаге ступенчатой проводки последовали несильная, но четкая поклевка и, в первые несколько секунд, тупая давящая нагрузка, будто на конец лески повесили увесистую гирьку. Впрочем, рыба не забрала у меня ни метра лески, и я, хотя и с трудом, но без остановок, начал ее подтягивать.

По характеру сопротивления я понял, что это не судак и не щука. Рыба шла вниз по течению строго по дну, но без типичных для судака толчков. Я подумал, что на сей раз скорее всего имею дело с сомом.

Прозаичное вываживание

Когда оставалось метров пятнадцать, тормоз все же заработал, но то был лишь непродолжительный эпизод. Спустя полминуты я уже увидел в воде широкий белый бок - это было похоже на жереха или леща. Уже было видно, что рыба не забагрена, а поймана в рот, да это было ясно с самого начала - по тому, как она себя вела.

И вот до меня дошло, что на крючке толстолобик! Удивляться не было времени - я попросил было помочь стоявших рядом рыболовов, но те от неожиданности застыли, подобно мраморным монументам, поэтому брать толстолобика пришлось самому.

Коротким багориком при длинном спиннинге это весьма неудобно. В другой ситуации я подцепил бы рыбу под нижнюю челюсть, но тут было не до эстетики - и жало багорика вошло в мясистую спину около спинного плавника.

Толстолобик был здорово измотан - на берегу он едва шевелил хвостом. И только посаженный на кукан воспрял и доставил своей бесцеремонностью массу неудобств сидевшим на том же кукане судакам.

Толстолобик потянул на 8 кг - копейка в копейку! Это пока самая крупная рыба, которую мне удалось вытащить в этом году. Лежавшие рядом с ним судачки весом до килограмма казались совсем недомерками.

Снасть и приманка

Если бы толстолобик был в два раза крупнее, думаю, результат все равно был бы тем же. От рыбы такого размера я ожидал большего. Все элементы снасти были рассчитаны на более серьезные нагрузки: удилище "Mitchell Spider" 2,7 м, катушка "Banax Zeus 800 W" и плетеная леска "Maxilon" 0,14 мм.

Приманка, которой соблазнился толстолобик, - кусочек поролона темного цвета удлиненной формы (длина 12 см, ширина 1,5 см). Его скорее можно назвать червем, чем рыбкой. Но я не стал бы делать скоропалительного вывода, что именно форма приманки сыграла решающую роль, и подводить теоретическую базу под ее сходство с червем или пиявкой. По крайней мере, в тот день судаки одинаково охотно брали на поролон в виде червя и рыбки.

А вот что нужно отметить - так это то, с какой стороны толстолобик схватил приманку. В середине тела поролонового "червя" находился основной двойник. На заднее ушко грузика я поставил дополнительный двойничок - и именно он держал рыбу. Оба крючка этого вспомогательного двойника вонзились изнутри в нижнюю губу толстолобика, тогда как основной двойник оказался не у дел.

Это лишний раз подтверждает, что у джиговых приманок смещенное вперед положение крючка является оптимальным, поскольку рыба берет их обычно с головы.

К. Кузьмин

"Рыболов-клуб № 5 - 1997 г."